Венеция без стереотипов и Гранд-канала: сухопутные прогулки по Городу на воде. Часть 2/2

Я оставляю восточные окраины Дорсодуро с церковью Сан-Грегорио "на потом" (правда, будет ли это "потом" - только богу известно...), перехожу Мост Академии и снова оказываюсь в сестьере Сан-Марко. Почти сразу за мостом начинается кампо Санто-Стефано - ещё одна огромная венецианская площадь (на ней раньше проводились бои быков, причём последний состоялся уже при Наполеоне в 1802 году и закончился трагично: несколько зрителей погибли под рухнувшей трибуной), являющаяся своего рода крупной дорожной развязкой (пешеходной, разумеется). К югу от неё находится тот самый Мост Академии - один из всего четырёх мостов через Большой канал, а потому многолюдный по определению, правее начинается одно из главных венецианских "пешеходных шоссе" - почти прямой путь к площади Сан-Марко, а вот левее, то есть западнее, располагается «Венеция Казановы»: улица Комедии (Calle della Commedia), ныне - улица Малипьеро (Calle Malipiero), где родился Джакомо, церковь Сан-Самуэле (San Samuele), где его крестили, и в которой после обучения в Падуе и получения церковного сана он служил и даже прочитал свою первую и, как потом выяснилось, предпоследнюю в жизни проповедь (причём в то время ему ещё не было и 16 лет), одноимённый театр Сан-Самуэле, где играли родители Казановы, улица Священников (Calle dei Preti), ныне - Калле-делле-Мунеге (Calle delle Muneghe), где Джакомо провёл первые 8 лет жизни в доме своей бабушки, Палаццо Малипьеро, владелец которого, 62-летний сенатор, чьим именем впоследствии и была названа вышеупомянутая улица, стал первым покровителем молодого Казановы.

Вообще, прочитав по случаю несколько книг о Казанове, я был разочарован. Часто бывает так, что какая-нибудь личность, о которой сложились некие узкие односторонние стереотипы, при более глубоком ознакомлении оказывается намного более интересной, глубокой и многоплановой - взять хотя бы испанского "диктатора" Франко или писателя Тургенева: стоит только слегка "копнуть" - такие "пласты" открываются... А Казанова оказался именно таким, как его обычно и представляют: бабником и пройдохой, и никакого особенного "рояля в кустах" или "второго дна" я в его биографии не обнаружил (тем не менее, искренне рекомендую книгу С.Нечаева, на которую я уже не раз ссылался - она не столько о Казанове, сколько о Венеции). Самое интересное, что я узнал о Казанове, относится к нему лишь косвенно и касается его брата Франческо, родившегося в Лондоне, куда мать Казановы уехала на гастроли (напомню, что она была театральной актрисой).

Франческо обучался живописи в Париже и впоследствии стал довольно известным художником-баталистом. Уже в 34 года его избрали членом Французской королевской академии. В 1791 году по заказу Екатерины II он написал картины "Взятие Очакова" и "Взятие Измаила", посвящённые теме русско-турецкой войны, которые сейчас хранятся в Эрмитаже. Другими его высокопоставленными заказчиками были король Неаполя и принц Венгрии... Рисовал он и пейзажи с животными, и жанровые сцены. Сегодня работы Франческо Казановы можно увидеть в галереях Парижа, Вены (конный портрет императора Петра Великого), Лондона и других городов. У нас, кроме Эрмитажа, он представлен в Пушкинском музее ( http://www.arts-museum.ru/data/people/authors/0000_1000/5817_Franchesko_Kazanova/index.php ). О разносторонности художника говорит и тот факт, что, живя во Франции, он создавал эскизы гобеленов для королевских фабрик.

Вот такой интересный брат был у Джакомо Казановы и, задумываясь над тем, кому и почему из братьев досталось больше мировой известности и славы, хочется лишь в очередной раз всплеснуть руками и вскричать сакраментальное "О, времена, о, нравы!"... Впрочем, пишут, что современники адекватно сопоставляли братьев и называли Джакомо лишь "братом Франческо Казановы". Любопытства ради я провёл мини-опрос среди своих знакомых, которые, не в пример мне, являются любителями живописи: оказалось, что о художнике Казанове никто из них не слышал...

Отвлёкся я на Казанову, хотя сам пока ещё ни шагу с кампо Санто-Стефано не сделал. Кстати, когда-то его неофициально называли площадью Морозини - в честь венецианского дожа 17 века Франческо Морозини, который проживал в одном из здешних дворцов, а после смерти был похоронен в расположенной в дальнем конце кампо (если смотреть от Моста Академии) церкви св. Стефана.

За пределами Венеции (а может, и в ней самой) Франческо Морозини больше известен не как дож, а как знаменитый адмирал, командовавший флотом Венецианской республики во время войны с турками. Впрочем, и в этой должности он известен далеко не всем, а вот с одним из его деяний, точнее, с тем, как выглядят сейчас последствия этого деяния, знакомы абсолютно все: речь идёт о легендарном афинском Парфеноне.

В 1687 году флот "Светлейшей" во главе с Морозини осадил Афины, находившиеся тогда под властью Османской империи. Во время обстрела Акрополя ядра попали в Парфенон, внутри которого располагались пороховые склады турок. Так храм, простоявший более 20 веков, в одно мгновение превратился в руины, восстановление которых началось ещё в 18 столетии, но ни конца ни края этому процессу до сих пор не видно ещё и близко...

За многочисленные победы в той войне, происходившей на территории современной Греции, Франческо Морозини получил титул Пелопонесский. Но в историю он вошёл как человек, который разрушил Парфенон...

Совсем уж задержался я на кампо Санто-Стефано, а уходить отсюда надо, и побыстрее: кампо громадное, бестолковое и не располагающее к долгому пребыванию здесь. Но стоит всего лишь чуть-чуть отойти в сторону - и мы оказываемся в очень приятных, живописных и уютных квартальчиках:

************************
Настал черёд одного из "суперхитов" (в моей системе ценностей, конечно) венецианской программы, входящего в число обязательных мест и единственного, предполагавшего не только внешний осмотр, по и посещение изнутри. Это дворец Контарини-дель-Боволо с потрясающей открытой винтовой лестницей в форме башни (на венецианском диалекте bovolo буквально означает "улитка", а по сути - "спираль"). Впрочем, словами её всё равно не описать, так что просто смотрите:

Этот дворец был построен около 1499 года для семьи Контарини. Про него пишут очень красиво: и про гармонию форм, и про причудливое, но удачное смешение чуть ли ни всех возможных стилей: готического, византийского, ренессанса, да ещё с добавлением некоего "венецианского привкуса", и многое другое, и это всё правильно, всё так, но все слова и эпитеты, даже самые яркие не могут сравниться с самим ажурным "плетёным" декором, украшающим дворец, да так густо, что он, декор, по сути, сам этим дворцом и является. В общем, смотреть, смотреть и смотреть, недаром, как только я впервые увидел его на фото, то влюбился с первого взгляда и сразу понял: мне туда надо.

Найти Палаццо Контарини-дель-Боволо, между прочим, очень непросто, несмотря на то, что его расположение видно на всех картах. То есть где он находится, ясно, а вот как туда пройти - непонятно. Надо сказать, что он действительно спрятался и затаился в одном из самых "муравейнистых" лабиринтов центра Венеции. На всякий случай я дам главную ориентировку: находясь на кампо Манин, нужно найти переулок Calle de la Vida o de le Locande, перед которым висит жёлтая табличка с заветными словами "Scala Contarini del Bovolo" (вот он: https://www.google.com/maps/@45.4353321,12.3343313,3a,75.4y,224.15h,96.02t/data=!3m6!1e1!3m4!1sASdNLUa0THN2T-pHOBhlpg!2e0!7i13312!8i6656!6m1!1e1). Ну а потом всё будет совсем просто: налево, направо, налево... и вы пришли… если правильно поворачивали:) На самом же деле всё не так страшно - просто следуйте по тем же указателям (Scala Contarini del Bovolo), которые встретятся ещё несколько раз.

Долгое время дворец Контарини-дель-Боволо был закрыт для посещения, но совсем недавно его сделали доступным ( http://www.scalacontarinidelbovolo.com ). Тем, кто захочет сюди придти, я хочу дать один совет (хотя понимаю, что в таких случаях к ним редко прислушиваются, да, может, это и правильно, но я всё же скажу - хотя бы для очистки собственной совести): смотрите на башню, любуйтесь ей, но не заходите внутрь, не тратьте на это деньги (7 евро всё-таки!) и время! Потому как ничего особенного вы не увидите. Да, там есть небольшой картинный зал - так называемая Комната Тинторетто (Tintoretto Room), но это для особых знатоков и любителей "жанра" Для прочих же главная "аттракция" - подъём по самой лестнице. И вот тут-то и кроется главное разочарование: виды с неё... мягко говоря, не самые интересные, поскольку лестница-дворец находится в узком дворе, плотно окружённом довольно высокими домами, и примерно до половины подъёма ничего, кроме этих самых домов, не видно:

Да, когда вы поднимаетесь ещё выше, открывается панорама венецианских крыш, но живописной назвать её я не могу. И уж точно она не стоит 7 евро...

Но лестница, не могу не повториться, хороша, ай, как хороша!.. 

У её подножия (не иначе, чтоб хоть как-то оправдать входную плату) выставлена небольшая коллекция венецианских колодцев:

 





***
Что ж, пойдём дальше? Сначала - на кампо Сант-Анджело:

... а потом - к церкви Санта-Мария-дель-Джильо, Богоматери Лилий (красиво, правда?), где и остановимся ненадолго.

Сама церковь вполне традиционная, к тому же - сплошное барокко, которое я не люблю, и она никогда бы не заинтересовала меня, если б не очень интересные рельефы на её фасаде. Не менее любопытна и история их появления. В Венецианской республике всегда было не принято слишком выделять и уж, тем более, увековечивать в камне отдельных личностей (на фоне этого тем более уникальным фактом выглядит возведение памятника Бартоломео Коллеони, о котором я уже рассказывал), поэтому некоторые состоятельные граждане, стремясь "остаться в веках", шли на всевозможные ухищрения. Одним из примеров подобной практики и является церковь Санта-Мария-дель-Джильо, построенная (точнее, перестроенная) в конце 17 века на деньги известного адмирала Антонио Барбаро (Барбариго), по завещанию которого архитектор Джузеппе Сарди изобразил в центре второго яруса фасада его самого, а вдоль нижней части - его братьев Карло, Франческо, Джованни Мария и Марино. Кроме того, на фасаде изображены сцены морских сражений, в которых Барбариго принимал участие:

На других рельефах, размещённых в нижней части фасада, можно видеть карты городов, где служил адмирал: Рим, Падуя, Корфу, Сплит, Задар и Кандия, как назывались Крит и его столица - нынешний Ираклион во времена, когда остров принадлежал Венецианской республике (я сфотографировал только некоторые из них).

И совсем для пущей торжественности на церкви установили скульптуру трубящего архангела Гавриила:

...................................
Другая церковь, которая, несмотря на ещё большую барочность, заинтересовала меня - Сан-Моизe, св. Моисея (San Moisè). Те, кто направляется к площади Сан-Марко не от моста Риальто, а с "запада", почти неизбежно проходят через неё, поэтому народу здесь - как на московской улице Горького, простите, Тверской, в хорошую погоду. Церковь была сооружена по заказу некоего Моизе Веньера, но названа, естественно, не в честь него самого, а в честь его небесного покровителя библейского Моисея. Вообще по числу церквей, посвящённых ветхозаветным персонажам, Венеция явно "впереди планеты всей". Я специально не углублялся в эту тему, но даже навскидку, кроме Моисея, можно назвать Иова, Самуила, Иеремию, Даниила (последняя церковь была разрушена в 19 веке)...

Сан-Моизe - как раз та церковь, которую А. Ипполитов назвал "памятником деньгам, очень большим деньгам". В общем, глядя на неё, трудно с этим не согласиться, даже не будучи искусствоведом (и снова: ах, солнце, солнце...):

Для меня самое интересное в этой церкви (не считая прекрасной кампанилы 14 века, столь неудачно получившейся на фото) - верблюды на её фасаде, удерживающие на своих спинах высоченную треугольную стелу, по сравнению с которой баул на рельефе Дома Верблюда кажется лёгкой барсеткой. Иногда пишут, что она символизирует гору Синай, на которой Моисей, ещё не будучи святым, получил Божественное откровение. Ну не знаю...

Немного больше похоже на "настоящий" Синай рельефное изображение, украшающее церковный алтарь, хотя по своей многолюдности её сюжет уступает только окрестностям Сан-Моизe. Какое уж тут откровение в таких условиях...