Фотодоклад Юкио Мисимы императору

Я дикий фанат Юкио Мисимы. И впервые узнал о Бенаресе из его легендарной, бесконечно теряемой и стократно перечитываемой тетралогии.

Но есть автор, которому я действительно обязан своему восприятию древнего города. Итальянец Ричард Аппиньянези в своем безумном опусе "Доклад Юкио Мисимы императору" настолько детально и ярко, реалистично, грязно, кристально и дымно описал город, что на пути из Дели в Непал остановка в современном Варанаси была предопределена.

Это фотозарисовка. Минимум текста, максимум восприятия. Я вряд ли еще раз вернусь в Бенарес - слишком чистым получился первый опыт, терять впечатления от которого не хочется совсем.

Путешествие по Индии с экспедиционными рюкзаками - проверка на наглость и находчивость.Попасть в Варанаси на поезде, выгнав всех попутчиков из купе, нанять почти бесплатного таксиста и сторговать отель в центре города.

Окунуться в эпоху Мисимы...

...не выходя с балкона отеля.

В моем восприятии этот город всегда был слиянием Бангкока и Торжка. Кто бывал туманным утром и там, и там - тот поймет.

В этом городе я окончательно разочаровался в индийской кухне. Зато поверил в способности индийских кулинаров делать идеальную пиццу и спагетти.

Да, мы ехали в Бенарес ради рассвета на Ганге и костров на гатах.

Нам "повезло" дважды. Во-первых, в ночь нашего приезда в соседнем Пакистане убили Бернадир Бхутто.

Во-вторых, самая известная женщина Индии этим утром приехала развеять прах своей матери над Гангой. Знакомьтесь, в полосатом черно-оранжевом сари по центру снимка - Айшвария Рай.

Час проходов задворками Бенареса до Ганги, ползком до лодки - и вот, наша посудина стоит напротив церемони

и Рай, а я, едва сдерживая равновесие, пытаюсь достать ее телевиком.

Но мы ждем рассвета.

И он наступает - сперва сумерками, размывающими фокус...

...и, наконец...

...красный диск всплывает с противоположного берега.

Между тем, перекрывая фарватер, процессия госпожи Рай выходит на середину священной Ганги.

Айшвария развеивает урну с прахом матери, а нам уже интересны гаты, где от огня, горение которого не прерывается три тысячи лет, занимаются первые погребальные костры этого дня.

Костры уже собраны, но тела еще не поднесли.

Этот храм древнее египетских пирамид, а его стены прокоптились дымом миллионов погребальных костров.

Мы выходим на берег. Снимать здесь можно, но дорого. Как обычно, убегаем от лодочника, проходим по улицам, поднимаемся в храм. Под ногами - умирающие, пытающиеся попросить рупию на дополнительное полено, и тела, тела, тела.

Воздух стеклянеет. Нет ни запахов, ни звуков. Под куполом храма положена пожилая женщина. Ее задача - выпросить максимум у туристов. Через пару дней она умрет, и ее труп просто выбросят в Гангу, несмотря на прибыль, принесенную властителям костров.

Мы встаем над кострами. Рядом с нами - родственники сжигаемых. От факелов сухие деревья, обильно пропитанные килограммами маслянистых благовоний, моментально вспыхивают. Дым, пепел...и только запах цветов, и немного тепла.

Пропитанные дымом погребальных костров, отлавливаем своего лодочника и, несмотря на крики с берега, снимаем процессии.

Француз с кэноновским 400-м в левом углу снимка отдал почти 200 баксов за снимки в платформы над кострами.

Конвейер погребения. Красиво, спокойно. Очень спокойно.

Работа организована идеально. Есть и те, кто присматривает за туристами.

Накатавшись по гатам, посмотрели город не без помощи нанятого с вечера таксиста и поехали сторговывать машину до непальской границы - ехать в индийском сидячем вагоне с экспедиционными рюкзаками было совсем не в кайф.