Винные прогулки по Бургундии.

Наша поездка состояла из двух частей. Первая – алкогольно-гастрономическая с редкими вкраплениями исторических и архитектурных достопримечательностей. И вторая – ходительно-насладительная, для «отдохновения души».

      Часть первая. Мы продолжаем знакомиться с винными уголками Европы. После Риохи, Бордо, Пьемонта, Крита пришла очередь Бургундии.

    Уж очень хотелось глотнуть вина Атосов, Наполеонов и прочих Робеспьеров  на их родной земле. Соблазнов (виноделен) много, времени мало поэтому при выборе приходилось резать по живому.

    Прилетели в Женеву, взяли машину и в район Макона, в деревеньку Фюиссе (Joseph Burrier). Приехали «вовремя» - прямо у нас на глазах закрывали ворота винного склада – француз ужинать желает. Я со слезой в глазу выскочил из машины и по-русски ( иностранным языкам не обучен) стал объяснять: самолет – чух-чух, машина – би-би, дождик – кап-кап, вот и опоздали, а нам бы винца глоточек-два.  “Don”t worry “ , проблеял француз,- «Через 5 минут сюда приедет моя коллега и напоит тебя, болезного, вином».  И точно, через пять минут приехала девушка и отвезла нас на дегустацию. « Все для вас». Все!!! И мы выбрали шардоне 2005-7-9-11 годов.  Речь девушки текла плавно, редко появляющиеся знакомые слова не тревожили, не мешали получать наслаждение.Понравилось, прикупили пару бутылочек, одну из которых вечерком оприходовали с заранее припасенным сыром.

    Переночевали мы в маленькой семейной гостинице в предместьях Макона. Встав с утра пораньше, отправились в сад, где поклевали свежей землянички.

  Следующая наша цель – аббатство Клюни, расположенное неподалеку. Древнее аббатство успешно разрушали все, кто хотел. И сейчас на его месте остались полуразрушенные стены, несколько более поздних построек и сад. Из аббатства через замок Корматин ( стоит побывать) оправились в деревню Монраше. Эта деревня внесла смятение в наши планы по освоению Бургундии. В деревне несколько соблазнов: известный ресторан-гурмэ и  дегустационный ресторан Оливье Лефлэва (Olivier Leflaive), где можно попробовать местные вина и блюда под сопровождение ненавязчивого рассказа сомелье. Облом - у месье Лефлэфа – мест не было, и хотя я пытался разжалобить рассказом «о машинке – би-би» - не помогло. Разве что сам месье Лефлэф вышел, чтобы лично вытереть мне слезу. Отправились в ресторан-гурмэ, где утешились лососем с лисичками.

   Ночевать отправились в природный заповедник Морван, в котором сняли две ночи в гостинице на берегу озера Сетон. Приехав на озеро, остановились у плаката с названием нашей гостиницы. Вилла на пригорке слабо походила на фотографию из «Букинга», но хотелось верить в лучшее. Калитка была закрыта – я перелез и пошел к вилле. Чем ближе я подходил, тем больше мне нравилась вилла, и тем меньше я верил в свое счастье. Когда я постучал в открытую дверь, на меня набросились две грозные собаки – одна размером с теннисный мячик, другая – в полтора раза больше. Следом выскочил импозантный француз, активно жестикулируя на ходу. Я французский язык не знаю, но догадался, что он чем-то недоволен. Еще бы, сидит человек, ноги парит, Шарля Азнавура слушает и тут какой-то нахальный турист нарушает идиллию. Были еще какие-то слова. Их я понял, не зная французского. Я ответил ему словами, которые греют сердце всем людям доброй воли: « Мир. Труд. Хо Ши Мин.» Француз остановился, осмотрел меня несчастного, стоящего под проливным дождем и … перешел на английский. Знакомых слов стало больше, и я, осмелев, пробормотал название гостиницы. И тут недавний Робеспьер стал толстовским Платоном Каратаевым – он вышел ко мне под дождь, и долго и невнятно объяснял мне как туда ехать. Когда я перелазил через калитку, мне показалось, что в меня целятся из дробовика. Нет, месье стоял под дождем и печально махал мне рукой. Прости меня, добрый человек.

Гостиничка оказалась слабенькой, я бы даже сказал «спартанской», но зато какой антураж вокруг – и озеро, и лес, и земляника.

Утром отправились в Шабли – «благословенную землю белых вин». Шабли – это место для людей с сильными моральными устоями и крепкой силой воли. Наливают везде,  причем – много и бесплатно. Нужно сдерживать себя потому, что после посещения двух-трех магазинчиков можно утерять смысл дегустирования и превратить процесс в пьянку. Вина очень разнятся по вкусу, сложно поверить, что все они выращены на участке в 10 кв. километров. И, что примечательно: далеко не всегда вина Гранд-Крю лучше, чем Премьер-Крю. Пришло время приема пищи. Побродив по деревеньке, не наткнувшись на едальню для местных, отправились в ресторан, где все для туристов (не лучший вариант). Отобедали недурно – эскарго, фуа-гра под клюквенным соусом и, опять же, вино.

Домой (в Морван) отправились через аббатство Везле. О его великом прошлом можно почитать в Сети, нам же понравились великолепные виды открывающиеся сверху.

На следующий день – переезд в Бон с заездами во встречающиеся винодельни. Бон – это маленький городок в Бургундии, по праву считающийся ее «винной» столицей. Город со всех сторон окружен виноградниками и винных магазинов в нем не счесть. Но есть в Боне особая достопримечательность – Хоспис де Бон – больница для бедных основанная в 1443 г. казначеем герцога Бургундского Николя Роленом и его женой. Больница обеспечивала бедных, престарелых, сирот бесплатным лечением. Был также отдельный зал – зал Св. Николая, где получали последний приют безнадежно больные. Хоспис принимал больных до 1954г. И в наши дни при госпитале действуют два дома престарелых и центр, обучающий сестер милосердия. Для обеспечения доходов супруги Ролен пожертвовали больнице землю в Кот де Бон, положив тем самым начало традиции, которой с тех пор придерживались богатые виноделы и негоцианты. Сейчас Hospices владеет 62 га виноградников, разбросанных по разным участкам. Вина, производимые на территории Hospices de Beaune, продаются с аукциона, а вырученные средства направляются на нужды госпиталя и других благотворительных и здравоохранительных заведений. Винный аукцион проводится здесь с 1859 года. При посещении больницы можно бесплатно взять аудиогид на русском языке.  При хосписе есть винный магазин, но вино мы там не покупали – туристическое место, слишком уж все под туриста заточено. Зато при поселении в гостиницу первым делом поинтересовались, где здесь эскарго поесть можно и нам посоветовали ресторанчик вдали от центра, где нам подали улитки с бокалом отличного Шабли.

Переезд из Бона в Дижон по самым-самым винным местам. Глаза разбегались от соблазнов.

 Clos de Vougeot. Он был основан монахами в VI веке, и уже в XII веке занимал ту же территорию, которую имеет сейчас – 50 га. Сейчас им владеют 84 хозяина, которые производят в целом 200 тысяч бутылок. В шато Вужо — проводят свои ежегодные праздники для избранных "кавалеры чаши". В период между мировыми войнами, когда вина продавались плохо, бургундские виноделы создали "Братство кавалеров чаши", которое, возможно, первым в винодельче­ском мире занялось активным пиаром. Его члены приглашали любителей вина со всего мира присоединиться к ним во время праздничных торжеств, чтобы те оценили каче­ство и оригинальность местных вин. Чаша, или "тастевен", — символ винной Бургундии. Этот любопытный предмет, который и чашей назвать трудно, больше похож на глубокую пепельницу с хвостиком. Тастевен появился в XVII веке, и делали его из серебра. Отполированный вну­три металл даже в тусклом свете свечей позволял увидеть цвет вина. Путешествуя от погре­ба к погребу верхом, путники всегда имели его под рукой. Замок Вужо впечатляет не своими размерами, они-то как раз достаточно скромные, а атмосферой, пусть и воссозданной, давно ушедших столетий.

Обязан упомянуть шато Кортон, где попробовали одно из лучших вин за всю поездку. И, конечно же, Жевре-Шамбертен.

Жевре-Шамбертен относится к лучшим винам Бургундии, кроме того это было любимое вино Наполеона. Чтобы получше узнать о вкусах императора, мы и отправились туда. В одной из виноделен нас встретил то ли граф, то ли князь, то ли дворецкий. Встретил … и расстроил – дегустацию проводить не будут потому, что ждут 2 автобуса с японцами. Спасибо тебе благородный князь. Благодаря тебе мы попали в винодельню Филиппа  Леклерка, где насладились отличным вином. Наряду с Алос-Кортон вина Жевре-Шамбертен были единодушно признаны лучшими красными винами за поездку. Ну, а среди белых вин, вина Шабли, на мой взгляд, не смогли составить конкуренцию Поуильи-Фюиссе из Макона.

Дижон. Дорога Совы, горчица – это известно всем. Жена, по-моему, купила пять миллионов баночек горчицы, чтобы порадовать своих подруг. Погладили главную Сову левой рукой – теперь точно будет нам счастье. Но главной целью нашего приезда в Дижон было посещение ресторана помеченного звездочкой Мишлен. Посещение подобного ресторана – это спектакль, в котором вы не зрители, а участники.

Увертюра. При входе нас встретила женщина-распорядитель, и мы узнали, как мы любимы, и как они счастливы, что мы, наконец, посетили этот ресторан. Ресторан маленький – всего десяток столиков. Их обслуживает десяток официантов. Роли четко распределены – кто-то приносит-уносит блюда, кто-то приносит и разливает воду, кому-то позволено приносить хлеб. Есть маэстро – первая скрипка, который объясняет, что именно вы будете сейчас есть. И только попробуйте прикоснуться к еде без его объяснения !!!! Есть фиксированные меню различной стоимости. Можно, конечно, заказывать a la carte (те же блюда), но это выходит дороже. По моим наблюдениям, абсолютное большинство посетителей заказали фиксированное меню – 4 перемены ( в каждой есть выбор из 3-4 блюд), не считая всяких «комплиментов» от шефа. Т.е. несмотря на небольшие порции, из ресторана выходишь сытым, если не сказать хуже. Пока мы выбрали блюда, сомелье принес карту вин. По объему она сравнима с «Войной и Миром» Толстого - т.е. прочесть ее за вечер нет никакого шанса. Нужно готовиться дома. Это серьезный момент – вино может удвоить, утроить и т.д. стоимость похода в ресторан. Я выбрал вино любимое Наполеоном – Жевре Шамбертен. Должен сказать, что во французских ресторанах процветает дискриминация. Все внимание даме – ей первой подают, у первой забирают, и обращаются уважительно – «мадам», ко мне же все обращались «Эй, ты». Я спрятал камень за пазухой. После основного блюда подают фромаж. Когда маэстро тащил 3-х этажную телегу с сырами, я его с интересом разглядывал. Когда же он с трудом припарковался около меня, я невинно спросил: « А мадам?», и нежно погладил по плечу: « Ничего Франсуа, с каждым бывает». И маэстро потащил телегу к «мадам». Ух, и старался же он исправить свою ошибку. Маэстро блеял овечкой, прыгал козочкой, мычал коровой, рассказывая о сырах. А в конце показал нам, малограмотным, в каком порядке нужно есть, выбранные нами сыры. Поели. Хорошо. Голова стала склоняться к груди, глазки притомились, животик удобно устроился на коленях.  И тут опять появляется наш маэстро – глазки в пол, ушки красные, плечи подрагивают.
Я мгновенно проснулся и обомлел: « Неужели мой десерт кто-то съел???!!!»
«Признайся Франсуа, облегчи душу». И он, родимый, со слезами на глазах признается, что не может нам рассказать о десерте по-английски. И это все!!! Я и до этого ничего не понял, что он говорил, разве, что коровку узнал. «Давай, дорогой, тащи жратву!»  Жена в очередной раз показала, что она умнее меня – оказывается, что можно заказать порцию из всех десертов, подающихся в ресторане. Когда и десерт был съеден, и я уже искал глазами крепкого рикшу, который сможет дотащить меня до гостиницы, принесли очередной «комплимент» от шефа – к нему я даже не прикоснулся.
На такой вкусной ноте закончилась обязательная программа нашей поездки.

С завтрашнего дня приступаем к не менее интересной произвольной программе – переезду в Швейцарию с обязательным посещением Музея Времени в Ла-Шо-де-Фон.